Сборник рассказов "Ступеньки в небо"

Автор работы

Анна
Телегина
16 лет
Номинация: 
Проза на русском языкекатегория от 14 до 17 лет

р

 

ДИВЕЕВСКИЙ АНГЕЛ

Недалеко от села Троицкое, рядом с озером Светлояр до сих пор сохранилась небольшая деревенька. Народ там всегда был простой, работящий: рыбаки, плотники, резчики по дереву. Да, мужичкам завсегда найдётся дело, а женщины? Они всё по хозяйству. На воскресенье все земляки встречались в Троицком храме. Уцелел он в годы гонений. А в настоящее время там иконы мироточат, потому народ свой храм любит и жить старается благоговейно. Так вот в этой самой глухой деревне жила-была семья. Мама, папа, пятерня детей да любимая всеми бабушка. Бабушка была молодая и любила паломничать. Откуда ни приедет - отовсюду чудо везет: маслице, святую воду, свечи, ладанки. Клад – а не бабушка! Так было и с Дивеевым. Бабушка раздала всем по просфорочке, маме подала земельки с канавки Пресвятой Богородицы. Отец прибрал огромную бутыль со святой водой из источника Преподобного Серафима Саровского. (Откуда только силы были у бабушки столько её привезти!) А дети, затаив дыхание, ждали своего времени. И вот разворачивается плотно перевязанный сверток, и каждый получает глиняного ангела: маленький такой колокольчик, на одеждах написано «Мир вам». Какая же радость была у Вити. Он был самым маленьким. Ему еще и трёх лет не было, но он так любил ангелов. Так любил слушать бабушку, которая всё знает об их небесной жизни. Витя тоже знал, что Ангел хранит человека и помогает ему. А теперь у него есть свой собственный ангел, которого он даже может подержать в руках. Витя не знал, кого ему целовать раньше: бабушку или ангела. Лицо ангелочка было, как у младенца, светлое, доброе. Прижав подарок к сердцу, Витя чмокнул бабушку и пошел рассматривать своё сокровище. Но по дороге не утерпел и достал ангела из-за пазухи, не завершив свой путь. И тут неожиданно резко открылась дверь, больно ударила Витю по рукам, и тот в испуге разжал пальцы. Резкий звук и множество осколков. Витя бережно собирал осколки в полу рубахи, а вся семья стояла словно оцепенев. Весь вечер он бережно и кропотливо склеивал кусочки. Собрались одежды, крылья, а вот лик – никак. - Бабушка,- спросил он перед сном, а как же я теперь без ангела? Я тоже умру?

Бабушка сгребла в охапку уже горячее тельце Вити, и поняла, что у него сильный жар.

Он лежал в постели и слабел с каждым днем. Ангелов своих братьев и сестер, которые хотели утешить брата, он не принял. Глиняные фигурки стояли подле его кровати, но ему не помогали – это были чужие ангелы.

Решение, отправится в Дивеево вместе с Витей, было принято на семейном совете. И вот они уже на Святой Земле Преподобного Серафима Саровского. Приложились к мощам. А по Канавке Витя уже шел сам. Ни бабушка, ни Витя этому не удивлялись. А после трапезы они отправились искать ангелов. Но там, где бабушка их выбирала, было пусто. Словно опустошенные стояли они возле источника преподобной Александры Дивеевской.

- Вот, купите у меня котиков дивеевских,- позвал их какой-то голос.

- Нам бы ангелов,- глухо сказала бабушка.

- У меня нет, я только котиков леплю, - ответил голос. И паломники увидели высокого крепкого юношу, в глазах у него был какой-то тихий свет и таилась злая болезнь.

- Пойдемте, я отведу вас,- решительно сказал он. И все трое отправились в какой-то большой дом.

Внутри уютно и даже как будто знакомо. Витя зашел в комнату, включили свет. На полках - уникальные глиняные шедевры: сказочные герои, вазы, котики, козочки, барашки. Вот вертеп, а вот и они… Взгляд Вити остановился на одном ангелочке, таком же маленьком колокольчике, как был у него. Маленьком, светлом, дорогом, лучистом ангелочке. Радостью зажглись его глаза, румянец запылал на щечках. 

Весь оставшийся вечер Витя с бабушкой провели в мастерской Крушинской Натальи Григорьевны, родоначальника и мастера дивеевской игрушки. Витя узнал, что Наталья Григорьевна всегда обращается к батюшке Серафиму, когда садиться за свою работу. А тот подсказывает ей образы, помогает собраться с силами. 

Домой Витя вернулся с ангелочком, выполненным им самим. А еще привез с собой зайчиков, белочек, ёжиков. 

Вите еще нет трёх лет, и пока ангелов он не лепит. Но вот сов-погремушек уже и налепил, и насушил, и научил мастерить своих старших. И не расстраивается, потому теперь он знает, «где просто, там ангелов до ста, а где мудрено, там ни одного». 

 

 

 

СИЛА СВЯТОСТИ

 

- Что, Татьяна, хулиганит дочка-то? А ты давай не унывай! Она у тебя добрая, исправится ещё, кто в молодые-то годы не ошибался. Люби дочь и за мужа молись. 

Пришла из храма домой Татьяна уже в другом настроении.

- Всё, слушать ничего не хочу! Едешь со мной в Екатеринбург! В этом году столетие со дня убиения царской семьи. Значит там чудеса происходить будут. Собирайся, за отца помолимся. 

Вот именно после этого Марине и пришлось пустить в ход её «весомые» доводы. Поездка должна была занять все две недели отпуска матери. Что делать, Маринка не знала. По-хорошему или по-плохому, но она должна была остаться в городе, в её городе.

Но все кривляния, ужимки, резкие выпады уже не трогали Татьяну. Маринка готова была уже сбежать, чтобы отсидеться где-то у друзей. Но накануне приехал двоюродный брат Татьяны, который в два счёта вычислил все её идеи. И вот уже она сидит в поезде, слушает стук колёс, как-то приятно укачивает. 

-Да, прорвёмся, - решает Маринка и крепко засыпает.

Просыпается она уже, когда поезд приближается к конечной станции. Мучительная тошнота одолевает. Тело просто адски болит.

- Марин, - у тебя всё в порядке, - может к доктору, не нравится мне-то твоё состояние.

- А мне нравится,- резко отвечает Марина матери, но сама не может понять, что с ней происходит. Такой боли у неё не было ни когда она гриппом болела, ни когда воспаление лёгких было, даже зубная боль – ерунда. И тут впервые Маринка поняла, что это и есть то, что наркоманы называют «ломка». Однажды она видела такого скрюченного позеленевшего «уродика», но она и не думала, что однажды… Она думала, что будет только летящая радость… А её как будто выворачивали наизнанку. 

Разместившись у своей бывшей однокурсницы Татьяна взяла Маринку и отправилась вместе с ней в храм. В святом месте девушка испытывала дикую неприязнь, ей было плохо.  Среди кучи незнакомцев она искала человека, который сможет помочь ей, как она не знала, но готова была отдать всё, лишь бы остановить, прекратить невыносимую боль.

- Девушка, - Вам плохо?

Марна подняла глаза и увидела красивого юношу. Красивый юноша был в инвалиндной коляске, поэтому Марина быстро отвернулась.

- Мне хорошо! – бросила она ему.

Да, так хорошо ей действительно не было.

- А у тебя, что лекарство есть! – ещё раз съязвила Марина.

- У меня нет! У Бога!

- Вот ещё один «боголюбитель»! – фыркнула было она. Но что-то толкало её поверить этому юноше.

-Ладно, говори, что делать?

- Нужно перекреститься и приложится к иконе!

- Чё сделать! Как я на неё прикладываться-то буду? Больной что ли? – и тут Марина поняла, что ляпнула что-то не то.

- Нужно поцеловать икону и попросить святых, которые на ней изображены, чтобы они тебе помогли.

-Помогут, как же, - думала Марина, - вон ты так в кресле и сидишь, кто тебе помог?

- Ты на меня не смотри, я сам виноват, что инвалидом стал, крутым хотел быть и на мотоцикле однажды… Я живой чудом остался. Не то что ходить, сидеть не мог. А мать меня вытащила. Материнская молитва, она знаешь какая.

Слышать такой бред от современного молодого человека Марине ещё не приходилось, но что-то заставляло её думать в совершенно ином, непривычном для неё направлении.

Марина прошла в храм, посмотрела, как другие прикладываются к иконам. Отошла в тёмный угол и стала репетировать крестное знамение. Потом она смело пошла к центральной большой иконе Царственных мучеников, быстро перекрестилась, поцеловала и отошла. Марина не заметила, что всё время, пока она репетировала в углу, боль почти исчезла, сейчас её только чуть-чуть мутило.

Нужно было вернуться, чтобы сказать «спасибо». Юноши не было. - Марин, вот свечи, поставь их в храме, где захочешь, - нашла свою дочь Татьяна, - свеча – это наша маленькая жертва Богу, горит свеча – господь нашу душу видит, его святые просят помочь нам.

Марина взяла у матери свечи и пошла к той иконе, где только что на неё смотрели четыре красивые девушки их строгие родители и маленький мальчик. Подсвечник был целиком занят свечами.

- Вот сюда поставь,- услышала участливый голос Марина. Она поставила свечу на опустевшее место.

- А можно я ещё поставлю?

- Ставь, конечно, смотри сколько в храме подсвечников.

- Нет, я все свечу сюда хочу поставить. 

Голос Марины был настолько уверенным и в тоже время в нём содержалась просьба и боль, что у свечной старушки не хватило сил ей перечить. Она убрала ещё несколько свечей – Марина поставила свои.

- Нам всем нужно особенно молиться перед иконой Царственных страстотерпцев, ведь далеко не все мы знаем, кто были наши предки. Может быть, они тоже участвовали в гонениях на Церковь и даже участвовали в заговоре цареубийства или поддерживали эти идеи. Именно поэтому каждый из нас должен по мере сил молится перед иконою Царя страстотерпца о прощении греха нашему народу и об укреплении Державы,- услышала Марина голос юноши, который был в инвалидной коляске. Теперь он уже стоял на костылях.

- Сегодня ночью будет Крестный ход, хочешь пойдём его вместе.

- Хорошо, я буду вести твою коляску.

- Я бы хотел пройти его пешком.

- Но это 20 километров пути.

- Это всего 20 километров пути. Ты даже себе не представляешь, что за путь был у императора и его семьи. Ты видела девочек на иконе. Кто-то из них нам ровесник, а кто-то и младше. Но они так чисто и свято прожили свою жизнь.

- А разве можно жить свято? Это же нужно каждый день молится, ничего вкусного не есть. 

- Свято, значит в любви. Пойдём в сквер, я тебе немного расскажу, я много читал о том, как жила эта семья, о том, как происходил расстрел, когда было прославление. Кстати, меня Миша зовут

- Марина. Миш, я сейчас, маме только скажу, что я ушла.

***

 

 

 

- Память о людях жива, пока о них возносится молитва Господу. Поэтому во время панихид, совершаемых на этом месте, в монастыре молятся о всех невинно убиенных и умученных в страшные годы гонений за веру. Храмы обители построены из дерева, как на Руси в древности. А семь их – по числу членов Царской семьи. Каждый из построенных храмов в освящении обрел незримую духовную связь с Царственными Страстотерпцами. Император Николай Александрович часто уподоблял свою жизнь испытаниям страдальца Иова, в день церковной памяти которого родился. Приняв свой крест так же, как библейский праведник, он перенес все ниспосланные ему испытания твердо, кротко и без тени ропота. Именно это долготерпение с особенной ясностью открывается в последних днях жизни Императора. 

- А я не знаю, кто такой Иов.

- Жил он в Северной Аравии. Был он человеком правдивым и доброжелательным. Иов не творил злых дел и не имел в своих мыслях зависти и осуждения. Был он счастливым отцом 7 сыновей и 3 дочери. Имел много друзей, слуг и несметные богатства по тем временам. Стада Иова приумножались, поля давали хороший урожай, а сам он был в уважении и почете у соплеменников. В Библии рассказывается, что однажды возле Божьего престола собрались ангелы, чтобы передать Всевышнему людские молитвы и попросить послать благ роду человеческому. Среди них был и Сатана, который явился очернить грешников. Господь разрешил испытать Иова. Сатана отнесся к этому с особым рвением и погубил все стада праведника, сжег его поля, лишил богатства и слуг. Но на этом испытания не закончились, погибли и дети его. Тело праведника покрылось проказой, и он вынужден был уйти от людей, дабы не заразить их. От страдальца отвернулись все друзья. Всё это перенёс Иов. За крепость веры Господь вознаградил страдальца великими благословениями: исцелил его немощное тело и дал богатств в два раза больше, чем было раньше. Родственники и бывшие друзья, которые отвернулись от Иова, услышав о чуде исцеления, пришли порадоваться с праведником и принесли ему богатые дары. Но на этом не окончились благословения Бога, он послал Иову новое потомство: семь сыновей и три дочери. 

- Как в сказке. Ты знаешь, а мне твой Бог тоже помог,- Маринка закатала рукава, - вот, я наркоманкой стала, мать унижала, а на руках следов нет никаких, тело не болит. Расскажи мне, что ты ещё знаешь о детях царя. Они такие красивые.

- Красивые дети рождаются в тех семьях, где родители любят друг друга. Представь, он шестнадцатилетний юноша, стройный, голубоглазый, со скромной и немного печальной улыбкой. Она двенадцатилетняя девочка, как и он, с голубыми глазами, и красивыми золотистыми волосами. Встреча произошла на свадьбе ее старшей сестры Елизаветы (будущей великомученицы) с дядей Николая, Великим князем Сергеем Александровичем. И Николай, и Алиса (так тогда звали будущую русскую Царицу) с самого начала почувствовали друг к другу глубокую симпатию.

- А потом? 

- А потом возникли чувства у уже готовых к семейной жизни людей. Господь так управил, что они смогли соединить свои судьбы. Более того, Александра Федоровна была немецкой принцессой Алисой Гессенской. Это здесь, на русской земле она приняла православие. И не только крестилась, а жила по всем христианским законам и детей тоже воспитывала в любви и строгости. 

Николай и Александра позволили своим детям быть просто детьми. Императрица сама качала детские колыбели (подписывая в это же время деловые бумаги), сама купала наследника и так много внимания уделяла детской, что при дворе поговаривали, дескать, императрица не царица, а только мать

Отец очень любил свою семью. Каждый день он совершал с детьми прогулки. Зимой император вместе с детьми увлеченно строил ледяные горки. Вечером часто сидел в семейной гостиной, читая вслух, в то время как жена и дочери рукодельничали.

Во время Первой мировой войны Александра Фёдоровна все средства и силы бросила на помощь раненым, вдовам погибших солдат и осиротевшим детям. Царскосельский госпиталь перестроили под лазарет для раненых. Сама императрица вместе со старшими дочерьми Ольгой и Татьяной прошли обучение сестринскому делу. Они ассистировали на операциях и ухаживали за ранеными.

- Ты рассказываешь, а я представляю себе, как им было хорошо вместе. 

- Я тебе сейчас покажу несколько фотографий. Вот смотри, здесь они всей семьёй катаются на лодке по каналам Царского села, а вот здесь они после лыжной прогулки, здесь катание на велосипеде, почти все члены семьи играли в теннис. Понимаешь, в семье очень важно быть всегда вместе. Кстати, вот фотографии и Александры Федоровны с дочерьми.

- Это когда он раненых лечили?

- Да, они были сёстрами милосердия. Вот это и рождает святость. Когда у тебя большая семья, нужно чтобы любви на всех хватало. А любовь – это в первую очередь терпение. Сын императрицы болел опасной болезнью – гемофилией. Суть его в том, что кровь не сворачивается. Человека одолевают постоянные боли и приступы.

- Они же были верующие, почему он не просили Бога исцелить мальчика, ведь Богу это легко.

- Вот в этом и есть еще одна составляющая слова святость. Нужно с благодарностью принимать всё, что тебе даётся.

- Это несправедливо! Одним и здоровье и богатство! А других расстрелять?!

- Марин, тебе ещё очень многое нужно будет понять. Ты узнаешь, кто такие праведники, преподобные, кто такие мученики, блаженные. Может быть, потому что царская семья смогла принести себя в жертву, и стоит наш мир.

В этот момент ударил колокол. Потом прозвучал втрой удар, третий. Колокольный звон нёсся, растворяясь в воздухе, над крышами домов, над большими и маленькими улочками, на порком, где сидели они. Миша тяжело встал.

- Пойдём,- тихо сказал он.

К храму приближался Крестный ход, вероятнее всего, из другого города. Люди вставали на колени в цепочку, а над ними несли икону. Марина не стала спрашивать, зачем, она помогла встать Михаилу, наклонилась сама.

В ту ночь огромным Крестным ходом рядом с Мариной и Михаилом шли люди самого разного возраста и достатка: бабушки, молодые парни-спортсмены, шли семьи с детьми, некоторые — с маленькими, в колясках. У многих в руках или на груди маленькие иконы. «Боже царя храни!» - разлилось по всему Крестному ходу. Зазвучала молитва. Марина не знала слов ни одной, поэтому она шла молча, вспоминая, как беспечно она жила раньше, как многое ей нужно поменять. Она шла в тех самых джинсах, в которых приехала сюда, но никто её не попрекнул. Все 20 километров пути с небольшими стоянками они были вместе с Михаилом, которому идти было очень тяжело, но он держался. Марина думала о том, как жила царская семья в последний год, после того, как царь отрёкся от престола. Ей представлялось, что в тобольской ссылке у царской семьи даже Рождество удалось отметить. Были и свечи, и елка, а Александра Федоровна писала, что деревья в Сибири другого, непривычного сорта, и "пахнет сильно апельсином и мандарином, и по стволу течет все время смола". Что они с дочерьми слугам подарили шерстяные жилеты, которые сами вязали. А по вечерам отец читал вслух, мать вышивала, а дочери иногда играли на фортепиано. Марине представился и день, когда всю семью забрали под предлогом, что их перевезут в другое место, потому что в городе тревожно. Сорок минут семья собирала вещи, затем все спустились в подвал. Алексея отец нес на руках. Что было дальше не помещалось в Марининой голове, и она стала вспоминать своего отца. Как он учил кататься её на велосипеде, как они вместе решали уравнения, как собирали колокольчики на мамин День рождения. Что-то очень важное возвращалось в её почти окончившуюся жизнь, она не знала, кого ей благодарить.

На следующий день Тётя Надя, у которой остановились две паломницы подарила Марине красивый сарафан, косыночку и книгу «Дивный свет»

- Ничего, Мариночка,- говорила тётя Надя, - пройдут твои болячки, а от матери не отворачивайся, не перечь, ей ведь вон как…

Марина зажала рукой рот тёте Наде:

- Я поняла, я не буду.

Марина надела свой наряд и отправилась икать Михаила. Так ей хотелось поделиться своими мыслями, показать книгу. Михаил уехал. Как разъехались, разошлись все те, кто вчера ещё был рядом. Но ведь каждый что-то получил, - думалось Марине, - только каждый своё.

В эти две недели Марина много гуляла с мамой и тётей, ходили в храмы, просто гуляли по улицам, сидели в кафе, Марина много читала. Она и не подозревала, что дома их с мамой ждёт отец, так неожиданно пропавший 2 года назад. К нему вернулась память, и люди при которых он жил, помогли ему вернуться домой.

Самое сокровенное, что привезёт Марина домой по возвращении, это те открытия, которые помогли ей сделать мама, Михаил, тётя Надя, башка у подсвечника и, конечно же, знакомство с царственными мучениками. А слова Александры Фёдоровны навсегда станут для Марины жизненным ориентиром: «Каждое сердце должно быть маленьким садом. Он должен всегда быть очищен от сорняков и быть полон чудных прекрасных растений и цветов. Кусочек сада повсюду красив не только сам по себе, но приносит радость всем, кто его видит... Богу угодно, чтобы мы сделали наши жизни такими, чтобы они искупили из мрака окружающее нас и преобразили в прекрасное.»

 

 

 

КОГДА НЕБО БЛИЖЕ

Приближается зима… Наконец-то. Так устаёшь от этой хлюпающей под ногами грязи. Сейчас я сижу в своей уютной комнатке у маленького окна и смотрю на спускающиеся с неба снежинки, тихие и спокойные. И мне тоже становится легко и спокойно. Я знаю радость от первого хрустящего ранним утром снега, по которому ты первый прокладываешь путь, знаю эту непостижимую красоту кристально-чистого, свежего, живого и мелодичного. Знаю густой запах лесной хвои – настоящий запах зимы и праздника. В такое время я беру чашку горячего чая, заворачиваюсь в теплый мягкий плед и залажу на подоконник. Можно любоваться и мечтать. А вы любите мечтать под эту волшебную мелодию тишины? Что чудиться вам, о чем мечтается? 

Я сегодня вернулась в своё лето. В свои деревенские каникулы. В свою далёкую Петушиху. В раннее безмятежное утро. Слышу звонкий гимн петухов, пробуждающийся гул насекомых. Лучики солнца обнимают землю, и всё живое отвечает солнышку на его теплые объятья. Но на улице еще прохладно. Бабочки и муравьи причащаются утренней росой. И, скользя по небу, куда-то торопятся пушистые облака. Рядом речка. Стоит только перебежать через овражек, и вот ты на берегу. Медленное спокойное и уверенное течение реки, шепот ветра и первый колокольный звон. В нем нет тревоги. В нем мир. Этот звон улавливает каждая былинка, каждая птаха замирает, и ты сам вдруг ощущаешь, что небо становится ближе. Что тебе ничего не стоит сейчас шагнуть в него. 

Там, на Небе, в сонме мучеников мой прадедушка Алексей. Он родился и жил на этой земле, куда я приезжаю только на летние каникулы. Но сегодня я вдруг почувствовала, что дедушка не ушел никуда, он здесь. Здесь, со мной, на этом берегу. Он рассказывает мне о своей жизни…

Когда дедушка был еще юношей, он всерьез задумывался о семье. Но легкомысленное и вольное поведение девушки, которую ему сватали, привело его к другой мысли -  дедушка отправляется в Кривоезерскую пустынь. 

Настоятель монастыря принял юношу послушником. В течение года Алексей присматривался к порядкам монастыря и его уставу. 

Вернувшись домой, он не стал жить в родительском доме, а поместился в баньке. Вскоре он с отцом поставил на огороде келью. Всё свободное время Алексей отдавал молитве, уединяясь для этого или в своей келье, или на ключике блаженного Симона. 

Я уже раньше читала о подвигах батюшки Серафима Саровского, Сергия Радонежского, и мне казалось, что святые угодники, как Ангелы, сходят на землю и живут, как Ангелы. А здесь я впервые столкнулась с тем, что, фактически мой прадедушка – святой. Как? За что человек удостаивается почитания его как святого? Неужели та святость, о которой на проповеди говорит батюшка, и вправду способна жить даже в наше время? Он принял подвиг юродства. Когда я сама поняла, что это за подвиг, когда у тебя ни жилья, ни еды, ни одежды, я попыталась представить, как жил мой  прадедушка. Я попыталась и не смогла. Какая непостижимая сила веры жила в нем. Повторится ли она в нас? Должна ли она повторяться? Передаётся ли это по наследству? Какой труд должен понести сам человек?

Я задаю себе эти вопросы и понимаю то, о чем говорит мама. Что именно по его молитвам мы идем к Богу. Я знаю, как мы слабы. И если бы не молитвенная помощь святого Алексея Ёлнатского, я бы по-прежнему крепко спала по воскресеньям, не знала бы, какие красивые есть праздники в православном календаре, и какая бывает радость после того, как ты потрудишься во время поста.

Здесь, рядом, в городе Иванове в Свято-Введенском женском монастыре, мощи блаженного Алексия Ёлнатского. Мы были там с мамой. То чувство, которое я испытала там, вернулось в меня сейчас. Монахини монастыря рассказывали нам, что решением Архирейского собора Русской Православной Церкви 2000 г. имя блаженного Алексия внесено в Собор новомученников и исповедников российских для общецерковного почитания. 

Да, а ведь когда-то он тоже был маленьким, наверное, любил шалости. А может быть, он был серьезным и вдумчивым с ранних лет. С ранних лет спешил в храм. И не ушел из него даже тогда, когда всё церковное уничтожалось. 

Я сижу на берегу и слушаю в плеске воды, в шуме ветерка что-то таинственное, что-то, что способно преодолеть время, расстояния. Я крепко обнимаю свои колени и… засыпаю.

Папа перенес меня ночью на мою постель. А на следующее утро я шла в школу звонким хрустящим белым снегом. Закончились мои первые каникулы. Каникулы, в которые я поняла – Небо совсем близко, нужно только хорошо подготовиться, чтобы суметь сделать необходимый шаг.

 

Посвящается человеку большого сердца и неисчерпаемого таланта. Крунинской Наталье Григорьевне.

 

Дивеевский ангел

Недалеко от села Троицкое, рядом с озером Светлояр до сих пор сохранилась небольшая деревенька. Народ там всегда был простой, работящий: рыбаки, плотники, резчики по дереву. Да, мужичкам завсегда найдётся дело, а женщины? Они всё по хозяйству. На воскресенье все земляки встречались в Троицком храме. Уцелел он в годы гонений. А в настоящее время там иконы мироточат, потому народ свой храм любит и жить старается благоговейно. Так вот в этой самой глухой деревне жила-была семья. Мама, папа, пятерня детей да любимая всеми бабушка. Бабушка была молодая и любила паломничать. Откуда ни приедет - отовсюду чудо везет: маслице, святую воду, свечи, ладанки. Клад – а не бабушка! Так было и с Дивеевым. Бабушка раздала всем по просфорочке, маме подала земельки с канавки Пресвятой Богородицы. Отец прибрал огромную бутыль со святой водой из источника Преподобного Серафима Саровского. (Откуда только силы были у бабушки столько её привезти!) А дети, затаив дыхание, ждали своего времени. И вот разворачивается плотно перевязанный сверток, и каждый получает глиняного ангела: маленький такой колокольчик, на одеждах написано «Мир вам». Какая же радость была у Вити. Он был самым маленьким. Ему еще и трёх лет не было, но он так любил ангелов. Так любил слушать бабушку, которая всё знает об их небесной жизни. Витя тоже знал, что Ангел хранит человека и помогает ему. А теперь у него есть свой собственный ангел, которого он даже может подержать в руках. Витя не знал, кого ему целовать раньше: бабушку или ангела. Лицо ангелочка было, как у младенца, светлое, доброе. Прижав подарок к сердцу, Витя чмокнул бабушку и пошел рассматривать своё сокровище. Но по дороге не утерпел и достал ангела из-за пазухи, не завершив свой путь. И тут неожиданно резко открылась дверь, больно ударила Витю по рукам, и тот в испуге разжал пальцы. Резкий звук и множество осколков. Витя бережно собирал осколки в полу рубахи, а вся семья стояла словно оцепенев. Весь вечер он бережно и кропотливо склеивал кусочки. Собрались одежды, крылья, а вот лик – никак. - Бабушка,- спросил он перед сном, а как же я теперь без ангела? Я тоже умру?

Бабушка сгребла в охапку уже горячее тельце Вити, и поняла, что у него сильный жар.

Он лежал в постели и слабел с каждым днем. Ангелов своих братьев и сестер, которые хотели утешить брата, он не принял. Глиняные фигурки стояли подле его кровати, но ему не помогали – это были чужие ангелы.

Решение, отправится в Дивеево вместе с Витей, было принято на семейном совете. И вот они уже на Святой Земле Преподобного Серафима Саровского. Приложились к мощам. А по Канавке Витя уже шел сам. Ни бабушка, ни Витя этому не удивлялись. А после трапезы они отправились искать ангелов. Но там, где бабушка их выбирала, было пусто. Словно опустошенные стояли они возле источника преподобной Александры Дивеевской.

- Вот, купите у меня котиков дивеевских,- позвал их какой-то голос.

- Нам бы ангелов,- глухо сказала бабушка.

- У меня нет, я только котиков леплю, - ответил голос. И паломники увидели высокого крепкого юношу, в глазах у него был какой-то тихий свет и таилась злая болезнь.

- Пойдемте, я отведу вас,- решительно сказал он. И все трое отправились в какой-то большой дом.

Внутри уютно и даже как будто знакомо. Витя зашел в комнату, включили свет. На полках - уникальные глиняные шедевры: сказочные герои, вазы, котики, козочки, барашки. Вот вертеп, а вот и они… Взгляд Вити остановился на одном ангелочке, таком же маленьком колокольчике, как был у него. Маленьком, светлом, дорогом, лучистом ангелочке. Радостью зажглись его глаза, румянец запылал на щечках. 

Весь оставшийся вечер Витя с бабушкой провели в мастерской Крушинской Натальи Григорьевны, родоначальника и мастера дивеевской игрушки. Витя узнал, что Наталья Григорьевна всегда обращается к батюшке Серафиму, когда садиться за свою работу. А тот подсказывает ей образы, помогает собраться с силами. 

Домой Витя вернулся с ангелочком, выполненным им самим. А еще привез с собой зайчиков, белочек, ёжиков. 

Вите еще нет трёх лет, и пока ангелов он не лепит. Но вот сов-погремушек уже и налепил, и насушил, и научил мастерить своих старших. И не расстраивается, потому теперь он знает, «где просто, там ангелов до ста, а где мудрено, там ни одного». 

 

Октябрь 2017 года

 

Сила святости

 

- Что, Татьяна, хулиганит дочка-то? А ты давай не унывай! Она у тебя добрая, исправится ещё, кто в молодые-то годы не ошибался. Люби дочь и за мужа молись. 

Пришла из храма домой Татьяна уже в другом настроении.

- Всё, слушать ничего не хочу! Едешь со мной в Екатеринбург! В этом году столетие со дня убиения царской семьи. Значит там чудеса происходить будут. Собирайся, за отца помолимся. 

Вот именно после этого Марине и пришлось пустить в ход её «весомые» доводы. Поездка должна была занять все две недели отпуска матери. Что делать, Маринка не знала. По-хорошему или по-плохому, но она должна была остаться в городе, в её городе.

Но все кривляния, ужимки, резкие выпады уже не трогали Татьяну. Маринка готова была уже сбежать, чтобы отсидеться где-то у друзей. Но накануне приехал двоюродный брат Татьяны, который в два счёта вычислил все её идеи. И вот уже она сидит в поезде, слушает стук колёс, как-то приятно укачивает. 

-Да, прорвёмся, - решает Маринка и крепко засыпает.

Просыпается она уже, когда поезд приближается к конечной станции. Мучительная тошнота одолевает. Тело просто адски болит.

- Марин, - у тебя всё в порядке, - может к доктору, не нравится мне-то твоё состояние.

- А мне нравится,- резко отвечает Марина матери, но сама не может понять, что с ней происходит. Такой боли у неё не было ни когда она гриппом болела, ни когда воспаление лёгких было, даже зубная боль – ерунда. И тут впервые Маринка поняла, что это и есть то, что наркоманы называют «ломка». Однажды она видела такого скрюченного позеленевшего «уродика», но она и не думала, что однажды… Она думала, что будет только летящая радость… А её как будто выворачивали наизнанку. 

Разместившись у своей бывшей однокурсницы Татьяна взяла Маринку и отправилась вместе с ней в храм. В святом месте девушка испытывала дикую неприязнь, ей было плохо.  Среди кучи незнакомцев она искала человека, который сможет помочь ей, как она не знала, но готова была отдать всё, лишь бы остановить, прекратить невыносимую боль.

- Девушка, - Вам плохо?

Марна подняла глаза и увидела красивого юношу. Красивый юноша был в инвалиндной коляске, поэтому Марина быстро отвернулась.

- Мне хорошо! – бросила она ему.

Да, так хорошо ей действительно не было.

- А у тебя, что лекарство есть! – ещё раз съязвила Марина.

- У меня нет! У Бога!

- Вот ещё один «боголюбитель»! – фыркнула было она. Но что-то толкало её поверить этому юноше.

-Ладно, говори, что делать?

- Нужно перекреститься и приложится к иконе!

- Чё сделать! Как я на неё прикладываться-то буду? Больной что ли? – и тут Марина поняла, что ляпнула что-то не то.

- Нужно поцеловать икону и попросить святых, которые на ней изображены, чтобы они тебе помогли.

-Помогут, как же, - думала Марина, - вон ты так в кресле и сидишь, кто тебе помог?

- Ты на меня не смотри, я сам виноват, что инвалидом стал, крутым хотел быть и на мотоцикле однажды… Я живой чудом остался. Не то что ходить, сидеть не мог. А мать меня вытащила. Материнская молитва, она знаешь какая.

Слышать такой бред от современного молодого человека Марине ещё не приходилось, но что-то заставляло её думать в совершенно ином, непривычном для неё направлении.

Марина прошла в храм, посмотрела, как другие прикладываются к иконам. Отошла в тёмный угол и стала репетировать крестное знамение. Потом она смело пошла к центральной большой иконе Царственных мучеников, быстро перекрестилась, поцеловала и отошла. Марина не заметила, что всё время, пока она репетировала в углу, боль почти исчезла, сейчас её только чуть-чуть мутило.

Нужно было вернуться, чтобы сказать «спасибо». Юноши не было. - Марин, вот свечи, поставь их в храме, где захочешь, - нашла свою дочь Татьяна, - свеча – это наша маленькая жертва Богу, горит свеча – господь нашу душу видит, его святые просят помочь нам.

Марина взяла у матери свечи и пошла к той иконе, где только что на неё смотрели четыре красивые девушки их строгие родители и маленький мальчик. Подсвечник был целиком занят свечами.

- Вот сюда поставь,- услышала участливый голос Марина. Она поставила свечу на опустевшее место.

- А можно я ещё поставлю?

- Ставь, конечно, смотри сколько в храме подсвечников.

- Нет, я все свечу сюда хочу поставить. 

Голос Марины был настолько уверенным и в тоже время в нём содержалась просьба и боль, что у свечной старушки не хватило сил ей перечить. Она убрала ещё несколько свечей – Марина поставила свои.

- Нам всем нужно особенно молиться перед иконой Царственных страстотерпцев, ведь далеко не все мы знаем, кто были наши предки. Может быть, они тоже участвовали в гонениях на Церковь и даже участвовали в заговоре цареубийства или поддерживали эти идеи. Именно поэтому каждый из нас должен по мере сил молится перед иконою Царя страстотерпца о прощении греха нашему народу и об укреплении Державы,- услышала Марина голос юноши, который был в инвалидной коляске. Теперь он уже стоял на костылях.

- Сегодня ночью будет Крестный ход, хочешь пойдём его вместе.

- Хорошо, я буду вести твою коляску.

- Я бы хотел пройти его пешком.

- Но это 20 километров пути.

- Это всего 20 километров пути. Ты даже себе не представляешь, что за путь был у императора и его семьи. Ты видела девочек на иконе. Кто-то из них нам ровесник, а кто-то и младше. Но они так чисто и свято прожили свою жизнь.

- А разве можно жить свято? Это же нужно каждый день молится, ничего вкусного не есть. 

- Свято, значит в любви. Пойдём в сквер, я тебе немного расскажу, я много читал о том, как жила эта семья, о том, как происходил расстрел, когда было прославление. Кстати, меня Миша зовут

- Марина. Миш, я сейчас, маме только скажу, что я ушла.

***

 

 

 

- Память о людях жива, пока о них возносится молитва Господу. Поэтому во время панихид, совершаемых на этом месте, в монастыре молятся о всех невинно убиенных и умученных в страшные годы гонений за веру. Храмы обители построены из дерева, как на Руси в древности. А семь их – по числу членов Царской семьи. Каждый из построенных храмов в освящении обрел незримую духовную связь с Царственными Страстотерпцами. Император Николай Александрович часто уподоблял свою жизнь испытаниям страдальца Иова, в день церковной памяти которого родился. Приняв свой крест так же, как библейский праведник, он перенес все ниспосланные ему испытания твердо, кротко и без тени ропота. Именно это долготерпение с особенной ясностью открывается в последних днях жизни Императора. 

- А я не знаю, кто такой Иов.

- Жил он в Северной Аравии. Был он человеком правдивым и доброжелательным. Иов не творил злых дел и не имел в своих мыслях зависти и осуждения. Был он счастливым отцом 7 сыновей и 3 дочери. Имел много друзей, слуг и несметные богатства по тем временам. Стада Иова приумножались, поля давали хороший урожай, а сам он был в уважении и почете у соплеменников. В Библии рассказывается, что однажды возле Божьего престола собрались ангелы, чтобы передать Всевышнему людские молитвы и попросить послать благ роду человеческому. Среди них был и Сатана, который явился очернить грешников. Господь разрешил испытать Иова. Сатана отнесся к этому с особым рвением и погубил все стада праведника, сжег его поля, лишил богатства и слуг. Но на этом испытания не закончились, погибли и дети его. Тело праведника покрылось проказой, и он вынужден был уйти от людей, дабы не заразить их. От страдальца отвернулись все друзья. Всё это перенёс Иов. За крепость веры Господь вознаградил страдальца великими благословениями: исцелил его немощное тело и дал богатств в два раза больше, чем было раньше. Родственники и бывшие друзья, которые отвернулись от Иова, услышав о чуде исцеления, пришли порадоваться с праведником и принесли ему богатые дары. Но на этом не окончились благословения Бога, он послал Иову новое потомство: семь сыновей и три дочери. 

- Как в сказке. Ты знаешь, а мне твой Бог тоже помог,- Маринка закатала рукава, - вот, я наркоманкой стала, мать унижала, а на руках следов нет никаких, тело не болит. Расскажи мне, что ты ещё знаешь о детях царя. Они такие красивые.

- Красивые дети рождаются в тех семьях, где родители любят друг друга. Представь, он шестнадцатилетний юноша, стройный, голубоглазый, со скромной и немного печальной улыбкой. Она двенадцатилетняя девочка, как и он, с голубыми глазами, и красивыми золотистыми волосами. Встреча произошла на свадьбе ее старшей сестры Елизаветы (будущей великомученицы) с дядей Николая, Великим князем Сергеем Александровичем. И Николай, и Алиса (так тогда звали будущую русскую Царицу) с самого начала почувствовали друг к другу глубокую симпатию.

- А потом? 

- А потом возникли чувства у уже готовых к семейной жизни людей. Господь так управил, что они смогли соединить свои судьбы. Более того, Александра Федоровна была немецкой принцессой Алисой Гессенской. Это здесь, на русской земле она приняла православие. И не только крестилась, а жила по всем христианским законам и детей тоже воспитывала в любви и строгости. 

Николай и Александра позволили своим детям быть просто детьми. Императрица сама качала детские колыбели (подписывая в это же время деловые бумаги), сама купала наследника и так много внимания уделяла детской, что при дворе поговаривали, дескать, императрица не царица, а только мать

Отец очень любил свою семью. Каждый день он совершал с детьми прогулки. Зимой император вместе с детьми увлеченно строил ледяные горки. Вечером часто сидел в семейной гостиной, читая вслух, в то время как жена и дочери рукодельничали.

Во время Первой мировой войны Александра Фёдоровна все средства и силы бросила на помощь раненым, вдовам погибших солдат и осиротевшим детям. Царскосельский госпиталь перестроили под лазарет для раненых. Сама императрица вместе со старшими дочерьми Ольгой и Татьяной прошли обучение сестринскому делу. Они ассистировали на операциях и ухаживали за ранеными.

- Ты рассказываешь, а я представляю себе, как им было хорошо вместе. 

- Я тебе сейчас покажу несколько фотографий. Вот смотри, здесь они всей семьёй катаются на лодке по каналам Царского села, а вот здесь они после лыжной прогулки, здесь катание на велосипеде, почти все члены семьи играли в теннис. Понимаешь, в семье очень важно быть всегда вместе. Кстати, вот фотографии и Александры Федоровны с дочерьми.

- Это когда он раненых лечили?

- Да, они были сёстрами милосердия. Вот это и рождает святость. Когда у тебя большая семья, нужно чтобы любви на всех хватало. А любовь – это в первую очередь терпение. Сын императрицы болел опасной болезнью – гемофилией. Суть его в том, что кровь не сворачивается. Человека одолевают постоянные боли и приступы.

- Они же были верующие, почему он не просили Бога исцелить мальчика, ведь Богу это легко.

- Вот в этом и есть еще одна составляющая слова святость. Нужно с благодарностью принимать всё, что тебе даётся.

- Это несправедливо! Одним и здоровье и богатство! А других расстрелять?!

- Марин, тебе ещё очень многое нужно будет понять. Ты узнаешь, кто такие праведники, преподобные, кто такие мученики, блаженные. Может быть, потому что царская семья смогла принести себя в жертву, и стоит наш мир.

В этот момент ударил колокол. Потом прозвучал втрой удар, третий. Колокольный звон нёсся, растворяясь в воздухе, над крышами домов, над большими и маленькими улочками, на порком, где сидели они. Миша тяжело встал.

- Пойдём,- тихо сказал он.

К храму приближался Крестный ход, вероятнее всего, из другого города. Люди вставали на колени в цепочку, а над ними несли икону. Марина не стала спрашивать, зачем, она помогла встать Михаилу, наклонилась сама.

В ту ночь огромным Крестным ходом рядом с Мариной и Михаилом шли люди самого разного возраста и достатка: бабушки, молодые парни-спортсмены, шли семьи с детьми, некоторые — с маленькими, в колясках. У многих в руках или на груди маленькие иконы. «Боже царя храни!» - разлилось по всему Крестному ходу. Зазвучала молитва. Марина не знала слов ни одной, поэтому она шла молча, вспоминая, как беспечно она жила раньше, как многое ей нужно поменять. Она шла в тех самых джинсах, в которых приехала сюда, но никто её не попрекнул. Все 20 километров пути с небольшими стоянками они были вместе с Михаилом, которому идти было очень тяжело, но он держался. Марина думала о том, как жила царская семья в последний год, после того, как царь отрёкся от престола. Ей представлялось, что в тобольской ссылке у царской семьи даже Рождество удалось отметить. Были и свечи, и елка, а Александра Федоровна писала, что деревья в Сибири другого, непривычного сорта, и "пахнет сильно апельсином и мандарином, и по стволу течет все время смола". Что они с дочерьми слугам подарили шерстяные жилеты, которые сами вязали. А по вечерам отец читал вслух, мать вышивала, а дочери иногда играли на фортепиано. Марине представился и день, когда всю семью забрали под предлогом, что их перевезут в другое место, потому что в городе тревожно. Сорок минут семья собирала вещи, затем все спустились в подвал. Алексея отец нес на руках. Что было дальше не помещалось в Марининой голове, и она стала вспоминать своего отца. Как он учил кататься её на велосипеде, как они вместе решали уравнения, как собирали колокольчики на мамин День рождения. Что-то очень важное возвращалось в её почти окончившуюся жизнь, она не знала, кого ей благодарить.

На следующий день Тётя Надя, у которой остановились две паломницы подарила Марине красивый сарафан, косыночку и книгу «Дивный свет»

- Ничего, Мариночка,- говорила тётя Надя, - пройдут твои болячки, а от матери не отворачивайся, не перечь, ей ведь вон как…

Марина зажала рукой рот тёте Наде:

- Я поняла, я не буду.

Марина надела свой наряд и отправилась икать Михаила. Так ей хотелось поделиться своими мыслями, показать книгу. Михаил уехал. Как разъехались, разошлись все те, кто вчера ещё был рядом. Но ведь каждый что-то получил, - думалось Марине, - только каждый своё.

В эти две недели Марина много гуляла с мамой и тётей, ходили в храмы, просто гуляли по улицам, сидели в кафе, Марина много читала. Она и не подозревала, что дома их с мамой ждёт отец, так неожиданно пропавший 2 года назад. К нему вернулась память, и люди при которых он жил, помогли ему вернуться домой.

Самое сокровенное, что привезёт Марина домой по возвращении, это те открытия, которые помогли ей сделать мама, Михаил, тётя Надя, башка у подсвечника и, конечно же, знакомство с царственными мучениками. А слова Александры Фёдоровны навсегда станут для Марины жизненным ориентиром: «Каждое сердце должно быть маленьким садом. Он должен всегда быть очищен от сорняков и быть полон чудных прекрасных растений и цветов. Кусочек сада повсюду красив не только сам по себе, но приносит радость всем, кто его видит... Богу угодно, чтобы мы сделали наши жизни такими, чтобы они искупили из мрака окружающее нас и преобразили в прекрасное.»

 

 

 

Когда Небо ближе

Приближается зима… Наконец-то. Так устаёшь от этой хлюпающей под ногами грязи. Сейчас я сижу в своей уютной комнатке у маленького окна и смотрю на спускающиеся с неба снежинки, тихие и спокойные. И мне тоже становится легко и спокойно. Я знаю радость от первого хрустящего ранним утром снега, по которому ты первый прокладываешь путь, знаю эту непостижимую красоту кристально-чистого, свежего, живого и мелодичного. Знаю густой запах лесной хвои – настоящий запах зимы и праздника. В такое время я беру чашку горячего чая, заворачиваюсь в теплый мягкий плед и залажу на подоконник. Можно любоваться и мечтать. А вы любите мечтать под эту волшебную мелодию тишины? Что чудиться вам, о чем мечтается? 

Я сегодня вернулась в своё лето. В свои деревенские каникулы. В свою далёкую Петушиху. В раннее безмятежное утро. Слышу звонкий гимн петухов, пробуждающийся гул насекомых. Лучики солнца обнимают землю, и всё живое отвечает солнышку на его теплые объятья. Но на улице еще прохладно. Бабочки и муравьи причащаются утренней росой. И, скользя по небу, куда-то торопятся пушистые облака. Рядом речка. Стоит только перебежать через овражек, и вот ты на берегу. Медленное спокойное и уверенное течение реки, шепот ветра и первый колокольный звон. В нем нет тревоги. В нем мир. Этот звон улавливает каждая былинка, каждая птаха замирает, и ты сам вдруг ощущаешь, что небо становится ближе. Что тебе ничего не стоит сейчас шагнуть в него. 

Там, на Небе, в сонме мучеников мой прадедушка Алексей. Он родился и жил на этой земле, куда я приезжаю только на летние каникулы. Но сегодня я вдруг почувствовала, что дедушка не ушел никуда, он здесь. Здесь, со мной, на этом берегу. Он рассказывает мне о своей жизни…

Когда дедушка был еще юношей, он всерьез задумывался о семье. Но легкомысленное и вольное поведение девушки, которую ему сватали, привело его к другой мысли -  дедушка отправляется в Кривоезерскую пустынь. 

Настоятель монастыря принял юношу послушником. В течение года Алексей присматривался к порядкам монастыря и его уставу. 

Вернувшись домой, он не стал жить в родительском доме, а поместился в баньке. Вскоре он с отцом поставил на огороде келью. Всё свободное время Алексей отдавал молитве, уединяясь для этого или в своей келье, или на ключике блаженного Симона. 

Я уже раньше читала о подвигах батюшки Серафима Саровского, Сергия Радонежского, и мне казалось, что святые угодники, как Ангелы, сходят на землю и живут, как Ангелы. А здесь я впервые столкнулась с тем, что, фактически мой прадедушка – святой. Как? За что человек удостаивается почитания его как святого? Неужели та святость, о которой на проповеди говорит батюшка, и вправду способна жить даже в наше время? Он принял подвиг юродства. Когда я сама поняла, что это за подвиг, когда у тебя ни жилья, ни еды, ни одежды, я попыталась представить, как жил мой  прадедушка. Я попыталась и не смогла. Какая непостижимая сила веры жила в нем. Повторится ли она в нас? Должна ли она повторяться? Передаётся ли это по наследству? Какой труд должен понести сам человек?

Я задаю себе эти вопросы и понимаю то, о чем говорит мама. Что именно по его молитвам мы идем к Богу. Я знаю, как мы слабы. И если бы не молитвенная помощь святого Алексея Ёлнатского, я бы по-прежнему крепко спала по воскресеньям, не знала бы, какие красивые есть праздники в православном календаре, и какая бывает радость после того, как ты потрудишься во время поста.

Здесь, рядом, в городе Иванове в Свято-Введенском женском монастыре, мощи блаженного Алексия Ёлнатского. Мы были там с мамой. То чувство, которое я испытала там, вернулось в меня сейчас. Монахини монастыря рассказывали нам, что решением Архирейского собора Русской Православной Церкви 2000 г. имя блаженного Алексия внесено в Собор новомученников и исповедников российских для общецерковного почитания. 

Да, а ведь когда-то он тоже был маленьким, наверное, любил шалости. А может быть, он был серьезным и вдумчивым с ранних лет. С ранних лет спешил в храм. И не ушел из него даже тогда, когда всё церковное уничтожалось. 

Я сижу на берегу и слушаю в плеске воды, в шуме ветерка что-то таинственное, что-то, что способно преодолеть время, расстояния. Я крепко обнимаю свои колени и… засыпаю.

Папа перенес меня ночью на мою постель. А на следующее утро я шла в школу звонким хрустящим белым снегом. Закончились мои первые каникулы. Каникулы, в которые я поняла – Небо совсем близко, нужно только хорошо подготовиться, чтобы суметь сделать необходимый шаг.

 

Посвящается человеку большого сердца и неисчерпаемого таланта. Крунинской Наталье Григорьевне.

 

Дивеевский ангел

Недалеко от села Троицкое, рядом с озером Светлояр до сих пор сохранилась небольшая деревенька. Народ там всегда был простой, работящий: рыбаки, плотники, резчики по дереву. Да, мужичкам завсегда найдётся дело, а женщины? Они всё по хозяйству. На воскресенье все земляки встречались в Троицком храме. Уцелел он в годы гонений. А в настоящее время там иконы мироточат, потому народ свой храм любит и жить старается благоговейно. Так вот в этой самой глухой деревне жила-была семья. Мама, папа, пятерня детей да любимая всеми бабушка. Бабушка была молодая и любила паломничать. Откуда ни приедет - отовсюду чудо везет: маслице, святую воду, свечи, ладанки. Клад – а не бабушка! Так было и с Дивеевым. Бабушка раздала всем по просфорочке, маме подала земельки с канавки Пресвятой Богородицы. Отец прибрал огромную бутыль со святой водой из источника Преподобного Серафима Саровского. (Откуда только силы были у бабушки столько её привезти!) А дети, затаив дыхание, ждали своего времени. И вот разворачивается плотно перевязанный сверток, и каждый получает глиняного ангела: маленький такой колокольчик, на одеждах написано «Мир вам». Какая же радость была у Вити. Он был самым маленьким. Ему еще и трёх лет не было, но он так любил ангелов. Так любил слушать бабушку, которая всё знает об их небесной жизни. Витя тоже знал, что Ангел хранит человека и помогает ему. А теперь у него есть свой собственный ангел, которого он даже может подержать в руках. Витя не знал, кого ему целовать раньше: бабушку или ангела. Лицо ангелочка было, как у младенца, светлое, доброе. Прижав подарок к сердцу, Витя чмокнул бабушку и пошел рассматривать своё сокровище. Но по дороге не утерпел и достал ангела из-за пазухи, не завершив свой путь. И тут неожиданно резко открылась дверь, больно ударила Витю по рукам, и тот в испуге разжал пальцы. Резкий звук и множество осколков. Витя бережно собирал осколки в полу рубахи, а вся семья стояла словно оцепенев. Весь вечер он бережно и кропотливо склеивал кусочки. Собрались одежды, крылья, а вот лик – никак. - Бабушка,- спросил он перед сном, а как же я теперь без ангела? Я тоже умру?

Бабушка сгребла в охапку уже горячее тельце Вити, и поняла, что у него сильный жар.

Он лежал в постели и слабел с каждым днем. Ангелов своих братьев и сестер, которые хотели утешить брата, он не принял. Глиняные фигурки стояли подле его кровати, но ему не помогали – это были чужие ангелы.

Решение, отправится в Дивеево вместе с Витей, было принято на семейном совете. И вот они уже на Святой Земле Преподобного Серафима Саровского. Приложились к мощам. А по Канавке Витя уже шел сам. Ни бабушка, ни Витя этому не удивлялись. А после трапезы они отправились искать ангелов. Но там, где бабушка их выбирала, было пусто. Словно опустошенные стояли они возле источника преподобной Александры Дивеевской.

- Вот, купите у меня котиков дивеевских,- позвал их какой-то голос.

- Нам бы ангелов,- глухо сказала бабушка.

- У меня нет, я только котиков леплю, - ответил голос. И паломники увидели высокого крепкого юношу, в глазах у него был какой-то тихий свет и таилась злая болезнь.

- Пойдемте, я отведу вас,- решительно сказал он. И все трое отправились в какой-то большой дом.

Внутри уютно и даже как будто знакомо. Витя зашел в комнату, включили свет. На полках - уникальные глиняные шедевры: сказочные герои, вазы, котики, козочки, барашки. Вот вертеп, а вот и они… Взгляд Вити остановился на одном ангелочке, таком же маленьком колокольчике, как был у него. Маленьком, светлом, дорогом, лучистом ангелочке. Радостью зажглись его глаза, румянец запылал на щечках. 

Весь оставшийся вечер Витя с бабушкой провели в мастерской Крушинской Натальи Григорьевны, родоначальника и мастера дивеевской игрушки. Витя узнал, что Наталья Григорьевна всегда обращается к батюшке Серафиму, когда садиться за свою работу. А тот подсказывает ей образы, помогает собраться с силами. 

Домой Витя вернулся с ангелочком, выполненным им самим. А еще привез с собой зайчиков, белочек, ёжиков. 

Вите еще нет трёх лет, и пока ангелов он не лепит. Но вот сов-погремушек уже и налепил, и насушил, и научил мастерить своих старших. И не расстраивается, потому теперь он знает, «где просто, там ангелов до ста, а где мудрено, там ни одного». 

 

Октябрь 2017 года

 

Сила святости

 

- Что, Татьяна, хулиганит дочка-то? А ты давай не унывай! Она у тебя добрая, исправится ещё, кто в молодые-то годы не ошибался. Люби дочь и за мужа молись. 

Пришла из храма домой Татьяна уже в другом настроении.

- Всё, слушать ничего не хочу! Едешь со мной в Екатеринбург! В этом году столетие со дня убиения царской семьи. Значит там чудеса происходить будут. Собирайся, за отца помолимся. 

Вот именно после этого Марине и пришлось пустить в ход её «весомые» доводы. Поездка должна была занять все две недели отпуска матери. Что делать, Маринка не знала. По-хорошему или по-плохому, но она должна была остаться в городе, в её городе.

Но все кривляния, ужимки, резкие выпады уже не трогали Татьяну. Маринка готова была уже сбежать, чтобы отсидеться где-то у друзей. Но накануне приехал двоюродный брат Татьяны, который в два счёта вычислил все её идеи. И вот уже она сидит в поезде, слушает стук колёс, как-то приятно укачивает. 

-Да, прорвёмся, - решает Маринка и крепко засыпает.

Просыпается она уже, когда поезд приближается к конечной станции. Мучительная тошнота одолевает. Тело просто адски болит.

- Марин, - у тебя всё в порядке, - может к доктору, не нравится мне-то твоё состояние.

- А мне нравится,- резко отвечает Марина матери, но сама не может понять, что с ней происходит. Такой боли у неё не было ни когда она гриппом болела, ни когда воспаление лёгких было, даже зубная боль – ерунда. И тут впервые Маринка поняла, что это и есть то, что наркоманы называют «ломка». Однажды она видела такого скрюченного позеленевшего «уродика», но она и не думала, что однажды… Она думала, что будет только летящая радость… А её как будто выворачивали наизнанку. 

Разместившись у своей бывшей однокурсницы Татьяна взяла Маринку и отправилась вместе с ней в храм. В святом месте девушка испытывала дикую неприязнь, ей было плохо.  Среди кучи незнакомцев она искала человека, который сможет помочь ей, как она не знала, но готова была отдать всё, лишь бы остановить, прекратить невыносимую боль.

- Девушка, - Вам плохо?

Марна подняла глаза и увидела красивого юношу. Красивый юноша был в инвалиндной коляске, поэтому Марина быстро отвернулась.

- Мне хорошо! – бросила она ему.

Да, так хорошо ей действительно не было.

- А у тебя, что лекарство есть! – ещё раз съязвила Марина.

- У меня нет! У Бога!

- Вот ещё один «боголюбитель»! – фыркнула было она. Но что-то толкало её поверить этому юноше.

-Ладно, говори, что делать?

- Нужно перекреститься и приложится к иконе!

- Чё сделать! Как я на неё прикладываться-то буду? Больной что ли? – и тут Марина поняла, что ляпнула что-то не то.

- Нужно поцеловать икону и попросить святых, которые на ней изображены, чтобы они тебе помогли.

-Помогут, как же, - думала Марина, - вон ты так в кресле и сидишь, кто тебе помог?

- Ты на меня не смотри, я сам виноват, что инвалидом стал, крутым хотел быть и на мотоцикле однажды… Я живой чудом остался. Не то что ходить, сидеть не мог. А мать меня вытащила. Материнская молитва, она знаешь какая.

Слышать такой бред от современного молодого человека Марине ещё не приходилось, но что-то заставляло её думать в совершенно ином, непривычном для неё направлении.

Марина прошла в храм, посмотрела, как другие прикладываются к иконам. Отошла в тёмный угол и стала репетировать крестное знамение. Потом она смело пошла к центральной большой иконе Царственных мучеников, быстро перекрестилась, поцеловала и отошла. Марина не заметила, что всё время, пока она репетировала в углу, боль почти исчезла, сейчас её только чуть-чуть мутило.

Нужно было вернуться, чтобы сказать «спасибо». Юноши не было. - Марин, вот свечи, поставь их в храме, где захочешь, - нашла свою дочь Татьяна, - свеча – это наша маленькая жертва Богу, горит свеча – господь нашу душу видит, его святые просят помочь нам.

Марина взяла у матери свечи и пошла к той иконе, где только что на неё смотрели четыре красивые девушки их строгие родители и маленький мальчик. Подсвечник был целиком занят свечами.

- Вот сюда поставь,- услышала участливый голос Марина. Она поставила свечу на опустевшее место.

- А можно я ещё поставлю?

- Ставь, конечно, смотри сколько в храме подсвечников.

- Нет, я все свечу сюда хочу поставить. 

Голос Марины был настолько уверенным и в тоже время в нём содержалась просьба и боль, что у свечной старушки не хватило сил ей перечить. Она убрала ещё несколько свечей – Марина поставила свои.

- Нам всем нужно особенно молиться перед иконой Царственных страстотерпцев, ведь далеко не все мы знаем, кто были наши предки. Может быть, они тоже участвовали в гонениях на Церковь и даже участвовали в заговоре цареубийства или поддерживали эти идеи. Именно поэтому каждый из нас должен по мере сил молится перед иконою Царя страстотерпца о прощении греха нашему народу и об укреплении Державы,- услышала Марина голос юноши, который был в инвалидной коляске. Теперь он уже стоял на костылях.

- Сегодня ночью будет Крестный ход, хочешь пойдём его вместе.

- Хорошо, я буду вести твою коляску.

- Я бы хотел пройти его пешком.

- Но это 20 километров пути.

- Это всего 20 километров пути. Ты даже себе не представляешь, что за путь был у императора и его семьи. Ты видела девочек на иконе. Кто-то из них нам ровесник, а кто-то и младше. Но они так чисто и свято прожили свою жизнь.

- А разве можно жить свято? Это же нужно каждый день молится, ничего вкусного не есть. 

- Свято, значит в любви. Пойдём в сквер, я тебе немного расскажу, я много читал о том, как жила эта семья, о том, как происходил расстрел, когда было прославление. Кстати, меня Миша зовут

- Марина. Миш, я сейчас, маме только скажу, что я ушла.

***

 

 

 

- Память о людях жива, пока о них возносится молитва Господу. Поэтому во время панихид, совершаемых на этом месте, в монастыре молятся о всех невинно убиенных и умученных в страшные годы гонений за веру. Храмы обители построены из дерева, как на Руси в древности. А семь их – по числу членов Царской семьи. Каждый из построенных храмов в освящении обрел незримую духовную связь с Царственными Страстотерпцами. Император Николай Александрович часто уподоблял свою жизнь испытаниям страдальца Иова, в день церковной памяти которого родился. Приняв свой крест так же, как библейский праведник, он перенес все ниспосланные ему испытания твердо, кротко и без тени ропота. Именно это долготерпение с особенной ясностью открывается в последних днях жизни Императора. 

- А я не знаю, кто такой Иов.

- Жил он в Северной Аравии. Был он человеком правдивым и доброжелательным. Иов не творил злых дел и не имел в своих мыслях зависти и осуждения. Был он счастливым отцом 7 сыновей и 3 дочери. Имел много друзей, слуг и несметные богатства по тем временам. Стада Иова приумножались, поля давали хороший урожай, а сам он был в уважении и почете у соплеменников. В Библии рассказывается, что однажды возле Божьего престола собрались ангелы, чтобы передать Всевышнему людские молитвы и попросить послать благ роду человеческому. Среди них был и Сатана, который явился очернить грешников. Господь разрешил испытать Иова. Сатана отнесся к этому с особым рвением и погубил все стада праведника, сжег его поля, лишил богатства и слуг. Но на этом испытания не закончились, погибли и дети его. Тело праведника покрылось проказой, и он вынужден был уйти от людей, дабы не заразить их. От страдальца отвернулись все друзья. Всё это перенёс Иов. За крепость веры Господь вознаградил страдальца великими благословениями: исцелил его немощное тело и дал богатств в два раза больше, чем было раньше. Родственники и бывшие друзья, которые отвернулись от Иова, услышав о чуде исцеления, пришли порадоваться с праведником и принесли ему богатые дары. Но на этом не окончились благословения Бога, он послал Иову новое потомство: семь сыновей и три дочери. 

- Как в сказке. Ты знаешь, а мне твой Бог тоже помог,- Маринка закатала рукава, - вот, я наркоманкой стала, мать унижала, а на руках следов нет никаких, тело не болит. Расскажи мне, что ты ещё знаешь о детях царя. Они такие красивые.

- Красивые дети рождаются в тех семьях, где родители любят друг друга. Представь, он шестнадцатилетний юноша, стройный, голубоглазый, со скромной и немного печальной улыбкой. Она двенадцатилетняя девочка, как и он, с голубыми глазами, и красивыми золотистыми волосами. Встреча произошла на свадьбе ее старшей сестры Елизаветы (будущей великомученицы) с дядей Николая, Великим князем Сергеем Александровичем. И Николай, и Алиса (так тогда звали будущую русскую Царицу) с самого начала почувствовали друг к другу глубокую симпатию.

- А потом? 

- А потом возникли чувства у уже готовых к семейной жизни людей. Господь так управил, что они смогли соединить свои судьбы. Более того, Александра Федоровна была немецкой принцессой Алисой Гессенской. Это здесь, на русской земле она приняла православие. И не только крестилась, а жила по всем христианским законам и детей тоже воспитывала в любви и строгости. 

Николай и Александра позволили своим детям быть просто детьми. Императрица сама качала детские колыбели (подписывая в это же время деловые бумаги), сама купала наследника и так много внимания уделяла детской, что при дворе поговаривали, дескать, императрица не царица, а только мать

Отец очень любил свою семью. Каждый день он совершал с детьми прогулки. Зимой император вместе с детьми увлеченно строил ледяные горки. Вечером часто сидел в семейной гостиной, читая вслух, в то время как жена и дочери рукодельничали.

Во время Первой мировой войны Александра Фёдоровна все средства и силы бросила на помощь раненым, вдовам погибших солдат и осиротевшим детям. Царскосельский госпиталь перестроили под лазарет для раненых. Сама императрица вместе со старшими дочерьми Ольгой и Татьяной прошли обучение сестринскому делу. Они ассистировали на операциях и ухаживали за ранеными.

- Ты рассказываешь, а я представляю себе, как им было хорошо вместе. 

- Я тебе сейчас покажу несколько фотографий. Вот смотри, здесь они всей семьёй катаются на лодке по каналам Царского села, а вот здесь они после лыжной прогулки, здесь катание на велосипеде, почти все члены семьи играли в теннис. Понимаешь, в семье очень важно быть всегда вместе. Кстати, вот фотографии и Александры Федоровны с дочерьми.

- Это когда он раненых лечили?

- Да, они были сёстрами милосердия. Вот это и рождает святость. Когда у тебя большая семья, нужно чтобы любви на всех хватало. А любовь – это в первую очередь терпение. Сын императрицы болел опасной болезнью – гемофилией. Суть его в том, что кровь не сворачивается. Человека одолевают постоянные боли и приступы.

- Они же были верующие, почему он не просили Бога исцелить мальчика, ведь Богу это легко.

- Вот в этом и есть еще одна составляющая слова святость. Нужно с благодарностью принимать всё, что тебе даётся.

- Это несправедливо! Одним и здоровье и богатство! А других расстрелять?!

- Марин, тебе ещё очень многое нужно будет понять. Ты узнаешь, кто такие праведники, преподобные, кто такие мученики, блаженные. Может быть, потому что царская семья смогла принести себя в жертву, и стоит наш мир.

В этот момент ударил колокол. Потом прозвучал втрой удар, третий. Колокольный звон нёсся, растворяясь в воздухе, над крышами домов, над большими и маленькими улочками, на порком, где сидели они. Миша тяжело встал.

- Пойдём,- тихо сказал он.

К храму приближался Крестный ход, вероятнее всего, из другого города. Люди вставали на колени в цепочку, а над ними несли икону. Марина не стала спрашивать, зачем, она помогла встать Михаилу, наклонилась сама.

В ту ночь огромным Крестным ходом рядом с Мариной и Михаилом шли люди самого разного возраста и достатка: бабушки, молодые парни-спортсмены, шли семьи с детьми, некоторые — с маленькими, в колясках. У многих в руках или на груди маленькие иконы. «Боже царя храни!» - разлилось по всему Крестному ходу. Зазвучала молитва. Марина не знала слов ни одной, поэтому она шла молча, вспоминая, как беспечно она жила раньше, как многое ей нужно поменять. Она шла в тех самых джинсах, в которых приехала сюда, но никто её не попрекнул. Все 20 километров пути с небольшими стоянками они были вместе с Михаилом, которому идти было очень тяжело, но он держался. Марина думала о том, как жила царская семья в последний год, после того, как царь отрёкся от престола. Ей представлялось, что в тобольской ссылке у царской семьи даже Рождество удалось отметить. Были и свечи, и елка, а Александра Федоровна писала, что деревья в Сибири другого, непривычного сорта, и "пахнет сильно апельсином и мандарином, и по стволу течет все время смола". Что они с дочерьми слугам подарили шерстяные жилеты, которые сами вязали. А по вечерам отец читал вслух, мать вышивала, а дочери иногда играли на фортепиано. Марине представился и день, когда всю семью забрали под предлогом, что их перевезут в другое место, потому что в городе тревожно. Сорок минут семья собирала вещи, затем все спустились в подвал. Алексея отец нес на руках. Что было дальше не помещалось в Марининой голове, и она стала вспоминать своего отца. Как он учил кататься её на велосипеде, как они вместе решали уравнения, как собирали колокольчики на мамин День рождения. Что-то очень важное возвращалось в её почти окончившуюся жизнь, она не знала, кого ей благодарить.

На следующий день Тётя Надя, у которой остановились две паломницы подарила Марине красивый сарафан, косыночку и книгу «Дивный свет»

- Ничего, Мариночка,- говорила тётя Надя, - пройдут твои болячки, а от матери не отворачивайся, не перечь, ей ведь вон как…

Марина зажала рукой рот тёте Наде:

- Я поняла, я не буду.

Марина надела свой наряд и отправилась икать Михаила. Так ей хотелось поделиться своими мыслями, показать книгу. Михаил уехал. Как разъехались, разошлись все те, кто вчера ещё был рядом. Но ведь каждый что-то получил, - думалось Марине, - только каждый своё.

В эти две недели Марина много гуляла с мамой и тётей, ходили в храмы, просто гуляли по улицам, сидели в кафе, Марина много читала. Она и не подозревала, что дома их с мамой ждёт отец, так неожиданно пропавший 2 года назад. К нему вернулась память, и люди при которых он жил, помогли ему вернуться домой.

Самое сокровенное, что привезёт Марина домой по возвращении, это те открытия, которые помогли ей сделать мама, Михаил, тётя Надя, башка у подсвечника и, конечно же, знакомство с царственными мучениками. А слова Александры Фёдоровны навсегда станут для Марины жизненным ориентиром: «Каждое сердце должно быть маленьким садом. Он должен всегда быть очищен от сорняков и быть полон чудных прекрасных растений и цветов. Кусочек сада повсюду красив не только сам по себе, но приносит радость всем, кто его видит... Богу угодно, чтобы мы сделали наши жизни такими, чтобы они искупили из мрака окружающее нас и преобразили в прекрасное.»

 

 

 

Когда Небо ближе

Приближается зима… Наконец-то. Так устаёшь от этой хлюпающей под ногами грязи. Сейчас я сижу в своей уютной комнатке у маленького окна и смотрю на спускающиеся с неба снежинки, тихие и спокойные. И мне тоже становится легко и спокойно. Я знаю радость от первого хрустящего ранним утром снега, по которому ты первый прокладываешь путь, знаю эту непостижимую красоту кристально-чистого, свежего, живого и мелодичного. Знаю густой запах лесной хвои – настоящий запах зимы и праздника. В такое время я беру чашку горячего чая, заворачиваюсь в теплый мягкий плед и залажу на подоконник. Можно любоваться и мечтать. А вы любите мечтать под эту волшебную мелодию тишины? Что чудиться вам, о чем мечтается? 

Я сегодня вернулась в своё лето. В свои деревенские каникулы. В свою далёкую Петушиху. В раннее безмятежное утро. Слышу звонкий гимн петухов, пробуждающийся гул насекомых. Лучики солнца обнимают землю, и всё живое отвечает солнышку на его теплые объятья. Но на улице еще прохладно. Бабочки и муравьи причащаются утренней росой. И, скользя по небу, куда-то торопятся пушистые облака. Рядом речка. Стоит только перебежать через овражек, и вот ты на берегу. Медленное спокойное и уверенное течение реки, шепот ветра и первый колокольный звон. В нем нет тревоги. В нем мир. Этот звон улавливает каждая былинка, каждая птаха замирает, и ты сам вдруг ощущаешь, что небо становится ближе. Что тебе ничего не стоит сейчас шагнуть в него. 

Там, на Небе, в сонме мучеников мой прадедушка Алексей. Он родился и жил на этой земле, куда я приезжаю только на летние каникулы. Но сегодня я вдруг почувствовала, что дедушка не ушел никуда, он здесь. Здесь, со мной, на этом берегу. Он рассказывает мне о своей жизни…

Когда дедушка был еще юношей, он всерьез задумывался о семье. Но легкомысленное и вольное поведение девушки, которую ему сватали, привело его к другой мысли -  дедушка отправляется в Кривоезерскую пустынь. 

Настоятель монастыря принял юношу послушником. В течение года Алексей присматривался к порядкам монастыря и его уставу. 

Вернувшись домой, он не стал жить в родительском доме, а поместился в баньке. Вскоре он с отцом поставил на огороде келью. Всё свободное время Алексей отдавал молитве, уединяясь для этого или в своей келье, или на ключике блаженного Симона. 

Я уже раньше читала о подвигах батюшки Серафима Саровского, Сергия Радонежского, и мне казалось, что святые угодники, как Ангелы, сходят на землю и живут, как Ангелы. А здесь я впервые столкнулась с тем, что, фактически мой прадедушка – святой. Как? За что человек удостаивается почитания его как святого? Неужели та святость, о которой на проповеди говорит батюшка, и вправду способна жить даже в наше время? Он принял подвиг юродства. Когда я сама поняла, что это за подвиг, когда у тебя ни жилья, ни еды, ни одежды, я попыталась представить, как жил мой  прадедушка. Я попыталась и не смогла. Какая непостижимая сила веры жила в нем. Повторится ли она в нас? Должна ли она повторяться? Передаётся ли это по наследству? Какой труд должен понести сам человек?

Я задаю себе эти вопросы и понимаю то, о чем говорит мама. Что именно по его молитвам мы идем к Богу. Я знаю, как мы слабы. И если бы не молитвенная помощь святого Алексея Ёлнатского, я бы по-прежнему крепко спала по воскресеньям, не знала бы, какие красивые есть праздники в православном календаре, и какая бывает радость после того, как ты потрудишься во время поста.

Здесь, рядом, в городе Иванове в Свято-Введенском женском монастыре, мощи блаженного Алексия Ёлнатского. Мы были там с мамой. То чувство, которое я испытала там, вернулось в меня сейчас. Монахини монастыря рассказывали нам, что решением Архирейского собора Русской Православной Церкви 2000 г. имя блаженного Алексия внесено в Собор новомученников и исповедников российских для общецерковного почитания. 

Да, а ведь когда-то он тоже был маленьким, наверное, любил шалости. А может быть, он был серьезным и вдумчивым с ранних лет. С ранних лет спешил в храм. И не ушел из него даже тогда, когда всё церковное уничтожалось. 

Я сижу на берегу и слушаю в плеске воды, в шуме ветерка что-то таинственное, что-то, что способно преодолеть время, расстояния. Я крепко обнимаю свои колени и… засыпаю.

Папа перенес меня ночью на мою постель. А на следующее утро я шла в школу звонким хрустящим белым снегом. Закончились мои первые каникулы. Каникулы, в которые я поняла – Небо совсем близко, нужно только хорошо подготовиться, чтобы суметь сделать необходимый шаг.

 

проголосуйте за нее
Вверх
2 пользователя проголосовало.
Проголосуйте за понравившуюся работу